Персона дня

Регистрация | Вспомнить

0

новых

0

обновить

Мария Захарова

Проект папы и мамы

 

 

- Этот вопрос давно не дает мне покоя. Русские дипломаты стремятся говорить на языке фактов, наши западные коллеги - на языке постправды. Как официальный представитель МИД, объясните, пожалуйста: как вы вообще с ними коммуницируете?

- Здесь вот так упрощать нельзя. Нет одной стороны, которая является темной, и нет другой, которая является светлой. Это упрощение - совершенно неверный, ложный посыл. И кстати, во многом именно так рассуждают на Западе. Вспомните их так называемые находки в виде терминов, например «ось зла». Потом были выражения в духе «не на той стороне истории».

Они вписывали страны, народы, в том числе национальные уклады, в модель того, что им не нравится, навешивая подобные ярлыки. Это точно неправильный подход, в корне ложный. Если говорить объективно, то есть определенные силы, которые действительно в этом [противостоянии], развязанном во многом благодаря их неумелой политике и провальным кампаниям, стали использовать - мне кажется, от какой-то безнадежности - язык полуправды, все механизмы информационного воздействия.

Что мы можем этому противопоставить? Я думаю, что более эффективную, качественную информационную работу. И здесь я могу согласиться - основанную на фактах. Мы не без греха, где-то информационное направление у нас буксует.  

Например, просто не сравнится наше иновещание с иновещанием западных стран. И речь даже не обо всем западном мире, не обо всем Евросоюзе - а только о паре стран. Мы не можем сравниться ни по финансовым вливаниям, ни по количеству корпунктов, ни по количеству собкоров или языков вещания на зарубежные страны. В целом ряде западных стран за этим стоит государственная машина.

Но, так или иначе, мы действительно сделали ставку - по крайней мере, я могу говорить о своем ведомстве - именно на повышение качества информирования. Для нас очень важно, чтобы информация, которую мы распространяем, действительно базировалась на фактах и аргументах.

- Западная аудитория способна воспринимать информацию в таком виде?

- Нужно понимать, что так называемый «коллективный Запад» разнороден. И мы, кстати говоря, этому же Западу регулярно об этом говорим. Говорим, что не надо выдавать русофобию в качестве проявления национальной воли, или национальных интересов, или волеизъявления всех граждан. Мы прекрасно понимаем, что это небольшая надстройка, группа политически ориентированных людей или представителей корпораций, которые стоят за собственными интересами, развивают антироссийскую тематику и занимаются информационным манипулированием в международном масштабе.

Но это никоим образом не отвечает интересам людей - им отвечают мир, конкурентная среда, международное сообщество, развивающееся по понятным законам. Все это отвечает интересам людей. А бесконечные попытки столкнуть всех друг с другом не отвечают интересам ни одного народа. Почему я об этом говорю? Эта информация действительно доходит, но если те группировки, которые на Западе стоят за русофобией, не хотят ее воспринимать, то люди, которые пытаются быть объективными или субъективными и не испытывают агрессии, с удовольствием воспринимают эту информацию. У них есть альтернативная точка зрения.

Я могу привести один пример - это телеканал Russia Today. Когда приезжаешь на Ближний Восток, то понимаешь, что Russia Today не просто смотрят - никто уже не представляет, как жить без канала Russia Today на арабском языке. Просто потому что это качественно, профессионально, и это идет в дополнение и восполняет те информационные пробелы, которые имеются.

- По ту сторону океана, как правило, выступают довольно странные женщины-фрики, вспомнить хотя бы ту же Джен Псаки (официальный представитель Госдепартамента США до 2015 г., помощник президента США по коммуникациям - до 2017 г. - Прим. ред.). И да, есть мнение, что вы появились как своеобразный ответ: вот, посмотрите, какая красивая, умная русская женщина - и с кем приходится иметь дело в Вашингтоне.

- Я ниоткуда не появилась и не вывелась совершенно случайно, как многие говорят: «Ой, знаете, как важно, что такой проект, как вы, появились». И задают вопрос: «А кто стоит за созданием вот такого нашего ответа, кому пришла в голову эта замечательная идея?»

- Маме и папе, логично.

- Во-первых, действительно, есть папа и мама. Во-вторых, если говорить в профессиональном плане, то можете меня поздравить: 19 сентября исполнилось ровно 20 лет, как я нахожусь на работе в министерстве иностранных дел. Все это время моя работа была связана с информационной проблематикой. Я работала на различных направлениях, но всегда это так или иначе касалось международной информации.

После этого говорить о том, что я откуда-то появилась? Ну, в общем, да, но за этим стоят 20 лет труда. Я прошла все стадии этого пути и не могу сказать, что на каком-то моменте так звезды сошлись. Я прошла все ступени, где-то быстрее, где-то дольше, - но я прошла все, чтобы занять эту должность. Много училась, много смотрела на своих предшественников, на людей, которые работают на этих должностях в других министерствах и ведомствах.

Если говорить о них [зарубежных политиках], я не уверена, что они такие фрики, как вы о них говорите. Со многими из них я работала лично. В личном общении, взаимодействии без камер это обычные люди, хорошие профессионалы, дипломаты. Но дело в другом: нам эти люди действительно кажутся фриками, когда они начинают публично говорить то, что они говорят. И ты думаешь: нормальный человек с логическим мышлением, с объективной оценкой не может произносить вещи настолько абсурдные. Что американский флот будет переброшен к берегам Белоруссии. Или что Россия не имеет права торговаться за цену на газ, потому что газ не ее, а европейский и проходит транзитом через Украину. Причем в Россию, а не из России.

Почему все это происходит? Потому что есть идеологическая установка на русофобию.

Когда присутствует такой догмат, доминанта в виде идеологии, здравый смысл просто атрофируется. Вам не нужно думать, не нужно мыслить, размышлять, сопоставлять. У вас есть идеологическое направление, в рамках которого вы должны выстраивать эту пропагандистскую работу, подстраивая все под один главный тезис.

- Британские таблоиды уделили внимание сравнению вашего танца и танца [премьер-министра Великобритании] Терезы Мэй. Вам вообще была интересна реакция британцев на этот ироничный пост? Комментариев там просто море.

- Я не видела, кстати, что там. И что написали?

- Речь о Daily Mail, Mirror. Так вот, комментариев там очень много, и они самые разные. Больше всего меня поразила такая реакция: «Вот он, уровень дебатов сегодня».

- Вы понимаете… Мы же ничего не сравнивали. Многие комментарии сводились к тому, что «МИД предложил сравнить» или «МИД сравнил» два танца. Но это абсолютно не так. Мы не сравнили: мы предложили выбрать свой стиль в международных отношениях. Почему так произошло? Ведь это же не просто танцы в бытовой ситуации, они так или иначе связаны с какими-то международными событиями. В одном случае это был саммит АСЕАН, это было уже после саммита на вечеринке, посвященной работе журналистов. Там был танцпол, музыка, была соответствующая атмосфера. Но все-таки была некая привязка к международному событию.

Тереза Мэй находилась непосредственно с визитом в странах африканского континента. И непосредственно в ходе официального визита все это исполнила. В такой шуточной форме мы просто предложили выбрать свой стиль. Комментарии я видела, но, конечно, невозможно прочитать не то что все, а даже малую толику комментариев. Но они действительно все разные.

- Daily Mail отметил, что этот троллинг, как они его назвали, появился в тот же день, когда Великобритания впервые назвала имена Боширова и Петрова.

- Дело в том, что это было до… Вы можете по времени посмотреть, это реально было до [того, как Лондон выступил с заявлением о якобы причастности россиян Боширова и Петрова к инциденту в Солсбери].

(Прим. ред.: все верно - около 13.00 по Москве 5 сентября полиция Лондона сделала заявление по делу об «отравлении Скрипалей», а пост в Facebook МИД России, который репостнула Мария Захарова, вышел почти на час раньше.)

- Вы смотрели интервью этих людей? Что вы обо всем этом думаете?

- Конечно, смотрела, как его можно не посмотреть. Весь мир только о них и говорил пару недель. На какую конкретно тему мое мнение вас интересует?

- Корреспонденты BBC News дозвонились до [главного редактора телеканала Russia Today] Маргариты Симоньян и спросили ее, верит ли она Петрову и Боширову. На что Симоньян справедливо, но, чего уж, несколько уклончиво сообщила, что причин верить британским спецслужбам у нее еще меньше. А вы поверили героям сюжета?

- Ой, вот! Вы знаете, это вообще странная постановка вопроса. Она настолько дикая для 2018 года! Сегодня есть все инструменты для установления правды, не нужны Шерлок Холмс и доктор Ватсон, чтобы с лупой бегать по Великобритании и методом дедукции устанавливать, кто преступник, а кто жертва.

Мир имеет такой арсенал технических средств для этого, что постановка вопроса «кому вы верите?» странна. Она актуальна для присяжных, но они верят не конкретным людям. Они верят тем доказательствам, которые предоставляет сторона. И мне странно, что я говорю это именно в контексте Великобритании. Каждая страна имеет какой-то свой исторический имидж, что ли. Вот Великобритания - это страна, которая у меня всегда ассоциировалась с правом. Франция - со свободой, а Великобритания - с правом и законом.

И когда в 2018 году мне предлагается по фотографии, как будто мы все с вами экстрасенсы, установить, что сделали эти люди, кто они, и ответить на главный вопрос, верим мы им или не верим, - это дико, странно и страшно! Я предлагаю всем вернуться на те самые позиции, к которым мир шел не одну сотню лет. А именно - вспомнить, что у нас есть такое понятие, как презумпция невиновности.

И не люди, которые находятся под какими-то странными, неофициальными, но при этом публичными подозрениями, должны доказывать, что они невиновны, и делать так, чтобы им поверили. А люди, которые являются представителями правоохранительной системы, должны предоставить убедительнейшие факты, чтобы кого-то обвинить и доказать, что кто-то совершил преступление.

Сегодня - и странно, что это происходит именно на территории Великобритании, - все поменялось местами. Никакой официальной информации нет, этим людям не предъявлено никаких официальных обвинений, которые можно было бы использовать в качестве повода для следствия. Россия не получала никаких уведомлений, не было их и по линии Интерпола. Я не очень разбираюсь в британской судебной правовой системе. Но насколько я понимаю, все обвинения строятся только в публичном пространстве. Почему нас заставляют жить в этой парадигме? 

Еще раз повторюсь: это не вопрос решения публики. Это не вопрос того, что несколько миллиардов человек в мире, ориентируясь на материалы в СМИ, должны принять решение - белый камень или черный бросать в урну. Все должно быть по-другому. Должны быть процессуальные действия, должно быть следствие, должны быть собраны доказательства. Потом дело передается в судебные органы - и суд принимает какие-то решения!

Великобритания начала всю эту историю с Солсбери как телевизионное шоу - так будьте добры, предъявите в публичном пространстве хотя бы что-то, что могло бы прямо или косвенно, хотя бы в какой-то степени свидетельствовать о наличии отношений, связи между этими двумя людьми и тем, что произошло в Солсбери, Эймсбери и других местах. А одновременно с этим вернитесь в правовое поле. Но ничего этого нет.

Одно наличие этих людей в Солсбери - я хочу отметить, не в «день, когда произошло преступление», а в «день, о котором Великобритания говорит как о дне якобы совершенного преступления» (мы же и этого даже не знаем, потому что не было передано никаких официальных материалов), - вообще ни о чем не говорит. Если именно на этом строить обвинительные выводы в публичном пространстве, тогда, наверное, нужно опубликовать вообще весь список людей, которые в тот момент находились в этом месте, посмотреть, сколько там было иностранцев, из каких они были стран. Посмотреть на их биографии, опубликовать их паспорта, опубликовать их фото, видео с ними. Может быть, мы тоже тогда будем выбирать по визуальному образу, кому мы верим, а кто действительно смахивает на человека, который мог бы «отравить Скрипалей».

Когда я слышу о наличии мотива у Российской Федерации в совершении этого преступления, как они его называют в Великобритании, - это просто смешно. Накануне выборов, накануне чемпионата мира по футболу, когда все было сфокусировано на позитиве. Наша страна на всех международных площадках инвестировала такое количество сил и возможностей для позитивной повестки, в том числе и о стране, что иметь затаенную мысль о реванше в отношении человека, который в здравии был передан Великобритании официально российскими властями и при этом уже отсидел в России свой срок, - ну это просто полный абсурд.

Поэтому вопрос относительно того, верю я или не верю… Я верю, что эти люди есть. И это был самый главный вопрос, на который нужно было найти ответ. Великобритания говорила, что есть двое подозрительных людей, которых на самом деле не существует. Потому что документы фальшивые и вообще это не их фамилии.

Теперь оказалось, что люди есть, документы есть. И тут же британская сторона перестроилась и устами СМИ говорит: вот именно об этом мы и говорили - что эти люди с этими паспортами, оформленными в каком-то отделении УФМС, где оформляют паспорта всем сотрудникам спецслужб. Получается, они уже даже забыли, что месяц назад утверждали: таких людей под такими фамилиями нет. И как бы все это проглатывают, считают, что такие виражи - это норма.

Давайте жить в мире реальности, а не сюрреализма. Это не вопрос веры. Это вопрос того, что нужно возвращаться в цивилизованное правовое русло решения всех вопросов. Покуда мы идем путем, к которому нас подталкивает Лондон, весь мир идет этим путем - мы идем точно к тупику.

Это вне каких-либо правовых рамок.

Я просто предлагаю каждому, кто прочитает это интервью, представить себе следующее: завтра появляется ваша фотография после турпоездки в какую-то страну и вам рассказывают, что вы ограбили банк, совершили насилие или занимались другой противоправной деятельностью, при этом не предъявляя никаких доказательств. И было это все полгода назад. И при этом вас же просят оправдаться, привести аргументы в свое оправдание. А весь мир спрашивает: верите вы этому человеку или нет? Представьте себя в этой ситуации каждый. Просто представьте, смоделируйте.

У нас есть такая национальная особенность, причем многовековая: наши люди любят ездить за границу. Вообще вне зависимости от материального положения, возможностей, целесообразности. Меня саму это иногда поражает, насколько у нас люди не мыслят себя без выездов за рубеж, это часть нашей культуры. Вот я просто предлагаю людям представить себе, что они возвращаются - и через полгода на одной из самых актуальных, скандальных тем мировой повестки появляются на экранах их фотографии и их обвиняют в сопричастности. Дальше начинают публиковать скомпилированные материалы и предлагают потом людям оправдаться. Просто чтобы каждый себя в этой ситуации прочувствовал.

- Мне это больше напоминает даже не Оруэлла, а Сартра. Или даже на «Процесс» Кафки смахивает.

- Я думаю, что это, к сожалению, многотомный роман. Наши британские коллеги занимаются подобными вещами на протяжении столетий. Примеров очень много, делают они это виртуозно. Манипуляция общественным мнением и прикрытие собственных грехов — в этом они достигли филигранного мастерства. Но еще раз повторю: все это очень странно наблюдать именно в 2018 году. Весь мир наполнен видеокамерами, есть визы и отпечатки пальцев, любой человек, выезжающий за рубеж, сразу попадает в огромное количество баз данных всех государств. Не может человек невидимкой съездить куда-то и вернуться.

Раньше было такое понятие, как «тайный визит» или «поездка, которая не афишируется». Сегодня это нереально. Все идут на Flightradar и рассказывают, где какой самолет находился. Это все вылезает наружу, даже если речь идет об обывателях.

Какой жанр у того, что мы видим, раз вы заговорили о литературе? Мне кажется, это плохой детектив. Замах был на хорошее детективное произведение, а все сводится к истории про лох-несское чудовище.

- Как в мире пропаганды сохранить чистый разум? Как вы сами это делаете?

- Один из примеров - я не читаю телеграм-каналы. Это просто зло сразу, я имею в виду анонимные телеграм-каналы. Я не понимаю, что это за анонимная аналитика - аналитика не может быть анонимной, у аналитики должен быть автор. Вы сразу встаете на очень скользкую дорогу, как только заходите в телеграм-канал без имени и без возможности обратной связи. Вот один из рецептов.

Просто не надо позволять людям, которые занимаются явно моделированием информационного пространства, залезать вам в душу. У МИД есть телеграм-канал, он открытый, там публикуется информация. Есть каналы публицистические, они с авторской подписью, возможностью обратной связи - ты можешь как-то подискутировать. Все прекрасно понимают, что канал не открытое пространство, но если речь идет о человеке, который ведет его, эта информация может быть процитирована. Это нормальная история. Но когда вам анонимно упаковывают информацию, которую вы не можете ни проверить, ни сверить, ни потом опровергнуть - о чем мы говорим?

Второй путь - очень простой: это проверка средств массовой информации. Потрудитесь разложить перед собой газеты, журналы, сайты, распечатки, материалы тех же телеграм-каналов, отметить какие-то прогнозы - и потом проверить через какое-то время, получилось ли у них.

Насколько сильная аналитика - вы увидите сами.

Вот возьмем иракскую кампанию - вспомните, это же очень интересно. Сейчас можно написать фантастические, научные, публицистические работы на тему «Освещение иракской кампании в средствах массовой информации США и Великобритании начала 2000-х годов». И посмотреть, в чем американские  и британские газеты убеждали общественность - и свою, и мировую. Вот вам тоже один из примеров такого понимания.

Несмотря на то что очень многие СМИ стали площадками и рупорами пропагандистов, которые продвигали идею необходимости начала вооруженной агрессии в отношении Ирака, до сих пор они прекрасно себе существуют и убеждают нас в чем-то еще. Хотя уже весь мир признал катастрофичность последствий этой операции и ее нелегитимность, лживость посылов, которые выдавались за фактические данные для мотивации всей этой истории.

- Русские каналы можно смотреть?

- Имеете в виду телевизионные?

- Да. Новости, например.

- Это каждый человек должен для себя решить сам. Очень страшны все эти рецепты глобального характера - знаете, это не смотрим, а это смотрим. Я считаю, что если люди вот так говорят: «Никогда не смотрите это! Никогда не читайте то!» - это указывает на то, что человеку вряд ли можно доверять. Есть подозрение, что такой человек сам является манипулятором.

Нужно сравнить информацию, которая дается, перепроверить через какое-то время - сейчас все есть в Интернете в качестве архивированных материалов. Посмотреть, какие прогнозы делало российское телевидение - ну, например, в 2002 году. Какие журналисты что говорили - что говорил Сергей Брилев перед началом иракской кампании. Послушать его комментарии тогда, вернуться в сегодняшний день и сравнить, и понять, насколько он был прав или не прав, имеет ли смысл сегодня ему доверять.

Как только вам говорят «никогда не включайте!» или «никогда не заходите на этот сайт!», это все от лукавого. Нужно сохранять себя и способность думать.

- Федеральное агентство новостей и наш проект USA Really забанили Facebook и Instagram, мы рассматриваем вариант обращения в суд. Если - гипотетически - его решение будет на нашей стороне - насколько, на ваш взгляд, реально, что Facebook поступит в соответствии с этим решением и разблокирует наши страницы?

- Сложно сказать, это вещь малопредсказуемая. Я думаю, что, конечно, если будет решение суда - организация будет обязана это сделать, это следует из правовых основ, хотя сейчас все меньше и меньше обращают на них внимание, когда речь идет об информационных баталиях. Я думаю, что во всем нужно искать в том числе и смысл.

Если вас заблокировали, это признак того, что вы набрали определенный вес, вы читаемы, вы интересны. Я очень часто привожу пример того же «Спутника». Когда был «Голос России» последнего десятилетия, ведь и цели и задачи были такими же, какие стоят сейчас. Технологическая база была та же, частоты те же, да и коллектив во многом был сформирован давно. Никаких претензий не было у Запада к этому СМИ, вообще никаких - никогда даже не упоминали.

Что же произошло за последние пару лет, если«Спутник» начал попадать во все отчеты как СМИ, с которым нужно вести борьбу? Пришли люди, которые начали эффективно выстраивать работу, его начали слушать и читать - все! Вот и все!

Это не вопрос наличия государственной финансовой поддержки. С точки зрения госинвестиций в российские СМИ это несопоставимо, это просто микросуммы по сравнению с космическими бюджетами западных аналогов. Вопрос в том, что, как только на основе нормальной, здоровой, в рамках закона конкуренции СМИ становится соперником, набирает аудиторию, - тут же следует правило: правил больше нет. Для вас, мне кажется, это показатель того, что вы начали занимать какую-то нишу, формировать свою аудиторию.

 

Евгений Дабижа

mid. ru / Global Look Press

Федеральное агентство новостей

 

Анатолий Седых

Они вообще охреневшие, смелые за спиной америкосов, потому и наглеют. а наши политики простачки не могут как американцы. Сталин нужен, чтобы поставить их на место.

16.06.2014 23:01:05

Анна Буклова

Пиляяя... шапито... нет, таких клоунов, как хохлохунта, еще поискать...

16.06.2014 22:33:12

Игорь Царемат

Абалдеть! Да это просто наперсточники, какие-то! Фиг с ним с Бараком Хусаиновичем, он с этой киевской бражкой одной жижи и они вместе играют в подкидного дурака, но неужели Ангела Меркель настолько курица, что поверила этим шулерам?! Ха-ха-ха! Ай, маладца! Правильно, говорят, что там, где прошел хохол, еврею делать нечего!

16.06.2014 22:32:19

вверх